- NFT уже привели к появлению новых типов нарушения авторских прав, что вызывает разочарование у художников.
- В более широкой перспективе эти проблемы могут быть компенсированы новыми источниками дохода.
Если бы существовал конкурс на аббревиатуру года, “NFT” стал бы безоговорочным фаворитом 2021 года. Сокращение от non-fungible tokens, NFTs переживают настоящий бум, пока фанаты спешат «завладеть» произведениями цифрового искусства или моментами поп-культуры.
Хотя многие озадачены этим трендом, никто не может отрицать, что он оказался прибыльным. В последние недели покупатели выложили миллионы долларов за приобретение NFTs, выпущенных такими авторами, как художник Beeple и музыкант Grimes.
Но наряду с деньгами и хайпом, безумие вокруг NFT вызвало споры о том, что значит владеть цифровой собственностью, и о роли copyright в Интернете. Некоторые предполагают, что NFTs могут сгладить давнюю напряженность между создателями контента и технологическими платформами, в то время как другие указывают на то, что этот тренд уже привел к новым формам пиратства и плагиата.
Что именно покупают люди?
NFTs появились не вчера. Они существуют с 2017 года, когда компания Dapper Labs начала продавать NFTs в виде уникальных цифровых мультяшных кошек под названием CryptoKitties. Эти котята стали предметом недолговечного бума, и некоторые из них были проданы за десятки тысяч долларов, прежде чем мода быстро сошла на нет. Теперь, в 2021 году, NFTs триумфально вернулись, а само явление вышло далеко за рамки цифровых кошек.
Сегодня ассортимент продаваемых NFTs включает практически все, что можно сохранить в виде цифрового файла. Группа Kings of Leon, например, выпустила NFT-версии своего нового альбома, а NBA продает NFT-видео лучших моментов баскетбольных матчей. Оригинальная работа уличного художника Banksy была сожжена и превращена в NFT. А на прошлой неделе ставки на NFT первого твита основателя Twitter Jack Dorsey превысили $2 million.
Все это поднимает вопрос: что именно покупают люди? В конце концов, любой из этих NFT-артефактов может быть легко скопирован — легально или нет — любым человеком с подключением к Интернету и базовыми навыками работы с программами. Зачем платить за то, чтобы «владеть» твитом Jack Dorsey, если вы можете распечатать или встроить этот же твит на сайт, как это сделал я ниже?
Энтузиасты NFT скажут вам, что купленный ими артефакт может выглядеть (или звучать) точно так же, как копии в Интернете, но их версия снабжена уникальным сертификатом владения. Этот сертификат записан на blockchain, создавая защищенную от несанкционированного доступа запись о транзакции, чтобы показать миру, что произведение искусства (или песня, или спортивный момент) принадлежит кому-то. Относитесь к этому как к серийному номеру или подписи художника.
Для сторонников NFT это означает, что они владеют чем-то уникальным. Подобно тому, как оригинальная картина с подписью известного художника стоит миллионы, даже если тысячи студентов вешают репродукции в своих комнатах в общежитии, владельцы NFT утверждают, что их произведение цифрового искусства — «настоящее».
Тем не менее, владельцы NFT могут быть удивлены, узнав, что то, чем они «владеют», довольно ограничено.
Как любят говорить студентам профессора права, собственность подобна связке прутьев. Каждый прут в связке представляет собой право на совершение какого-либо действия, например, право продать имущество, собрать с него урожай, уничтожить его и так далее. Это, безусловно, относится и к copyright, которое содержит в своей связке больше прав (таких как право на трансляцию и коммерциализацию изображения), чем думают многие люди.
В случае со спортивными лигами и музыкальными коллективами юристы прикладывают все усилия, чтобы их клиенты сохраняли за собой большую часть прав на владение из связки copyright. Что касается фанатов, то при покупке NFT они получают лицензию, которая позволяет им лишь демонстрировать или передавать работу. Покупатели NFTs, выпущенных NBA (называемых «Moments»), не могут, например, изменять купленный ими хайлайт или демонстрировать его способом, который лига считает оскорбительным или разжигающим ненависть.
Некоторые из этих ограничений выходят за рамки тех, что связаны с владением физической пачкой спортивных карточек. В случае с физическими карточками (которые NBA любит приводить в качестве сравнения с NFTs) владелец волен рисовать усы игрокам или приклеивать карточку к неоднозначному коллажу. С NFTs это может быть не так. Можно представить ситуацию, когда продемократические активисты используют свои NFTs для привлечения внимания к попыткам NBA задобрить Китай, а лига реагирует на это удалением NFTs.
Конечно, существуют ограничения и на то, что можно делать с физической карточкой. Права интеллектуальной собственности спортивных лиг означают, что вы не можете копировать изображения с карточек для бизнеса по продаже футболок, но эти права, безусловно, шире, чем те, что прилагаются к этим NFTs.
Новая форма собственности приносит новые формы пиратства
Tonya Evans, исследователь интеллектуальной собственности в Penn State Dickinson Law, изучает blockchain и NFTs и написала влиятельную статью 2018 года о феномене CryptoKitties. Она считает, что NFTs предлагают создателям важный новый способ взаимодействия с фанатами и монетизации их творчества.
Она отмечает, что ряд темнокожих художников были в авангарде NFT-бума, используя для продвижения и продажи своих работ такие платформы, как новое аудио-приложение для социальных сетей Clubhouse. Evans говорит, что технология, лежащая в основе NFT, позволяет противодействовать способности Интернета к бесконечному копированию и позволяет художникам доказывать уникальность цифрового произведения.
«Вы можете закодировать целостность работы», — сказала Evans. «Технологии угрожали музыкальной индустрии, позволяя любому делать идеальную цифровую копию оригинала, а теперь, возможно, именно эта технология сможет это исправить».
Evans права в том, что технология NFT открывает новые возможности для создателей контента. Не только известные художники, такие как Grimes или Beeple, зарабатывают реальные деньги на продаже NFTs. Менее известные авторы также используют такие платформы, как Nifty Gateway и OpenSea, для продажи лимитированных серий изображений кроссовок и бумбоксов. В этом смысле NFTs представляют собой новый финансовый источник, которого раньше не существовало.
Но, как и все остальное в Интернете, что приносит деньги, бум NFT привлек паразитирующих злоумышленников, стремящихся нажиться на чужих работах. Именно это произошло с художницей, создающей цифровые картины под псевдонимом Weird Undead. Она обнаружила, что кто-то крадет ее изображения и продает их в виде NFTs:
На прошлой неделе Weird Undead (которая попросила Decrypt не использовать ее настоящее имя) направила поток юридических уведомлений в OpenSea — один из крупнейших NFT-маркетплейсов, — и ее поклонники сделали то же самое, чтобы остановить то, что она называет «безумным и бессмысленным нарушением авторских прав». Она также обнаружила, что подражатели используют сервис Tokenized Tweets для создания и продажи твитов на основе ее работ, и потребовала прекратить это.
Тем временем влиятельные фигуры в криптовалютной индустрии, включая Meltem Demirors из CoinShares и Neeraj Agrawal из Coin Center, пожаловались на то, что случайные люди упаковывают их твиты в токены для продажи:
Мошенники, рекламирующие неавторизованные токены, — это лишь часть зарождающихся проблем с пиратством вокруг NFTs. Потенциально более серьезной проблемой является появление конкурирующих blockchain-сервисов, каждый из которых обещает, что именно их реестр предоставляет авторитетную запись об уникальности данного NFT. Ситуация похожа на то, как если бы в городе были две конкурирующие службы регистрации прав на землю или два аукционных дома, каждый из которых заявлял бы, что обладает законным правом собственности на произведение искусства. Этот вопрос является потенциально экзистенциальным для зарождающейся индустрии NFT, которая строит свое существование на способности доказать уникальность конкретного токена.
Пока что основные NFT-маркетплейсы сотрудничают друг с другом, соглашаясь признавать токен уникальным, даже когда он переходит с одной платформы на другую. Но это не помешало пользователям blockchain от Binance размещать на платформе пиратские магазины токенов, которые не только продавали плагиат, но и явно имитировали названия существующих NFT-магазинов на базе Ethereum — например, «Binance Punks» вместо «Crypto Punks» и «Bashmasks» вместо «Hashmasks».
Хотя законы о товарных знаках и авторском праве предоставляют средства защиты от подделок, художникам, скорее всего, будет трудно найти нарушителя и подать на него в суд, поскольку blockchains по своей природе спроектированы как безграничные и децентрализованные. Это объясняет, почему некоторые люди, возмущенные недавним поведением в сети Binance, прибегли к внеправовым мерам для выражения своего недовольства — включая размещение изображений событий на площади Тяньаньмэнь в blockchain компании. (Binance имеет связи с Китаем).
Подобные споры заставляют задуматься о том, не являются ли NFTs очередной головной болью для создателей контента, пытающихся заработать на жизнь своим трудом. Но хотя NFTs могут доставлять неудобства, некоторые оптимистично полагают, что эти проблемы перевешиваются возможностью для художников получать новый вид дохода, и что NFTs могут изменить то, как мы смотрим на copyright и Интернет.
Прорыв в спорах об авторском праве?
С тех пор как в середине 1990-х годов потребители начали массово пользоваться Интернетом, он стал неоднозначным благом для художников, писателей и других создателей контента. С одной стороны, сеть предоставляет огромную новую платформу для охвата поклонников и поиска новой аудитории. С другой стороны, она наводнена пиратами, которые копируют работы художников и продают их или отдают даром. Между тем гигантские технологические платформы, такие как Amazon и Spotify, стали фактически монополистами в сфере продажи цифровых произведений и, по мнению критиков, не выплачивают художникам справедливую долю.
Все это привело к двум десятилетиям споров о политике в области авторского права. Эти споры часто носят ожесточенный характер: индустрия развлечений обвиняет технологических энтузиастов в поддержке пиратства и обкрадывании художников, в то время как оппоненты обвиняют индустрию в лоббировании в Конгрессе законов об авторском праве, которые они считают драконовскими и склонными к злоупотреблениям.
По словам Aaron Wright, эксперта по blockchain из Cardozo Law School, появление NFTs может помочь выйти за рамки этой дискуссии.
«Я думаю, что Интернет уже давно предлагает массовую дистрибуцию медиафайлов, но не существовало схемы монетизации, которая работала бы действительно хорошо», — сказал он, добавив, что NFTs помогают исправить этот недостаток.
В частности, Wright указывает на то, что NFTs наконец-то предлагают художникам способ продавать цифровые версии своих работ, которые являются дефицитными и уникальными. Этот дефицит означает, что они могут не только получать новый источник дохода, но и брать процент при перепродаже NFT — соглашение, которому способствуют такие платформы, как Nifty Gateway, принадлежащая близнецам Winklevoss.
С более широкой перспективы, по словам Wright, способность художников продавать NFTs может снять часть остроты в спорах об авторском праве, поскольку бизнес-модель онлайн-дистрибуции смещается от попыток продать как можно больше копий к продаже меньшего количества товаров за большие деньги преданным фанатам.
Wright не единственный, кто видит сдвиг в том, как создатели контента пытаются зарабатывать деньги в Интернете. В последние недели венчурные капиталисты и технологические наблюдатели активно делились влиятельным эссе под названием «1000 true fans», в котором редактор Wired Kevin Kelly предсказал, что будущее креативных индустрий будет строиться вокруг продажи художниками своих работ небольшим сообществам страстных поклонников. Эссе было написано десять лет назад, но с появлением NFTs предсказание Kelly, похоже, сбывается.
В связи с этим технологический писатель Will Oremus утверждает, что все большее число интернет-пользователей устали от мегаплатформ вроде Facebook, которые используют алгоритмы для показа постоянного потока эмоционального или сенсационного контента. Он говорит, что вместо этого они обращаются к меньшим форумам, таким как SubStack или Clubhouse, где «Super Fans» могут общаться в более тесном кругу. Если Oremus прав, рост этих сообществ откроет создателям новые возможности зарабатывать деньги в Интернете, в том числе с помощью NFTs.
Конечно, такие радужные сценарии будут зависеть от того, докажут ли NFTs, что они представляют собой нечто большее, чем просто мимолетное увлечение. И многие относятся к этому скептически. В числе этих скептиков — создатель Litecoin Charlie Lee, известный криптовалютный предприниматель, который на прошлой неделе вылил ушат холодной воды на NFTs:
Твит Lee подчеркивает, что будущий успех NFTs зависит от убеждения критической массы людей в том, что ими стоит владеть и что они сохранят свою ценность в будущем. Сомневающиеся могут указать на феномен Beanie Babies 1990-х годов, когда люди платили сотни или тысячи долларов за мягкие игрушки стоимостью $10, только чтобы потом увидеть, как рынок рухнул и так и не восстановился.
С другой стороны, каждый день в 2021 году приносит новые доказательства того, что люди считают NFTs ценными и готовы платить хорошие деньги за владение ими.
Последний пример? На этой неделе покупатель на аукционе Christie’s заплатил $69.3 million за NFT-работу Beeple. На сегодняшний день это третья по величине продажа живого художника.